Династия Шибанидов. Черик б. Шибан

Черик является пятым сыном Шибана [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74; Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.34, 347; Абулгази, 1906, с.160; Муизз ал-ансаб, 2006, с.43]. По всей видимости, иных сообщений о жизни царевича неизвестно. В вышеуказанных ссылках также упоминается один сын царевича – Тук-Тимур.

Заговоры

"Это рассказ о том, что было. А что было, то было. И мы не хотим уподобляться тем исследователям, которые, говоря о посетившем Московию иностранце, собрашем зачастую самые разноплановые сведения, например, о дороге от границы Российского государства через Смоленск до Москвы, о местах хранения царской казны, о путях в Сибирь и т.д., называют его нейтральным словом "путешественник". Не путешественник он, а разведчик под той или иной "крышей", и сочинение его - это разведывательное донесение своему монарху или отчет, и дорога от границы до Москвы не дорога на пикник, а дорога военного иностранного вторжения, и места хранения царской казны не экзотика, а первоочередные цели захвата, и т.д. Это сегодня нас отделяют от событий того времени несколько столетий, а тогда эти события представляли собой практическое воплощение геополитических интересов целого ряда государств по отношению к Московии".
Марченко. Ватикан - Московия - Сибирь. С.14

Предвкушаю занятное чтиво)

Династия Шибанидов. Балакан б. Шибан

Балакан считается четвертым сыном Шибана [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74; Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.37, 347; Абулгази, 1906, с.160; Муизз ал-ансаб, 2006, с.42].
В отличие от ряда своих братьев, Балакан неоднократно «засветился» на страницах источников благодаря участию в завоевательных походах Хулагу-хана. Одним из первых о нем упоминает Джувейни.
Под 651 г.х. (1251-1252 гг.) Балакан числится среди царевичей, приданных к Хулагу-хану для «завоевания западных областей» по поручению Менгу-каана [Ата-Мелик Джувейни, 2004, с.441]. В последующем царевич фигурирует в составе войска Хулагу-хана: во время похода 1253 г. «царь продвигался очень медленно, впереди шли Балагай и Тутар, остальные поспешали справа и слева» [Ата-Мелик Джувейни, 2004, с.443].
Во время нового похода, начавшегося осенью 1256 г. «для захвата крепостей еретиков» «царевичи Балагай и Тутар с иракскими войсками выступили из Аламута….» [Ата-Мелик Джувейни, 2004, с.448]. Об их прибытии Джувейни сообщил чуть ниже [Ата-Мелик Джувейни, 2004, с.454].
Впоследствии глава Аламута взбунтовался, и на усмирение беспорядков Хулагу отправил Балакана с войском: «Он заколебался, не решаясь подчиниться немедленно, и тогда туда был послан Балагай с большим войском, которому было приказано осадить крепость. Балагай привел свое войско к подножию Аламута и окружил его со всех сторон. Защитники крепости, рассмотрев последствия этого дела и зная о причудах судьбы, послали гонца с просьбой о пощаде и умоляли его о снисхождении». В итоге «через три дня войско поднялось в крепость и захватило то, что не смогли унести те люди» [Ата-Мелик Джувейни, 2004, с.462, 522]. Более о судьбе царевича Джувейни не сообщает. Исходя из вышесказанного, можно предположить, что Балакан был хорошим военачальником и находился у ильхана на хорошем счету, хотя последующие упоминания о нем несколько корректируют этот вывод.
Царевич неоднократно упоминается Рашид-ад-Дином. Его деятельность связана с отправкой Менгу-кааном Хулагу-хана в Иран для его дальнейшего завоевания: «…Бату послал через Дербенд Кипчакский Балакана сына Шейбана, и Тутара, сына Мингкадара сына Бквала седьмого сына Джучи, чтобы он, прибыв, стали подкреплением войску Хулагу-хана, служили ему» [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с. 81]. Событие не датируется, но следующее сообщение посвящено смерти Бату-хана в 650 г.х. (14 марта 1252 – 2 марта 1253 гг.). Можно предположить, что отправка царевичей произошла в самом начале 50-х гг. XIII в.
Затем деятельность Балакана получила новое освещение: «В 654 г.х. (30 января – 20 декабря 1255 г.) Балакан, который был в этом государстве, задумал против Хулагу-хана измену и предательство и прибегнул к колдовству. Случайно [это] вышло наружу. Учинили о том допрос, он тоже признался. Для того чтобы не зародилась обида, Хулагу-хан отослал [Балакана] с эмиром Сунджаком к Берке. Когда они туда прибыли, была установлена с несомненностью его вина. Берке отослал его [обратно] к Хулагу-хану: «Он виновен, ты ведаешь этим». Хулагу-хан казнил его» [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с. 81-82].
Вероятно, царевич под именем «Балаха» в армянских источниках упомянут среди прочих джучидов в составе свиты при Хулагу-хане во время начавшейся войны с Берке [Патканов, 1874, вып. 2, с. 105].
В сочинении Киракоса Гандзакеци личность Балакана обрастает новыми подробностями. Он упомянут в числе «знатных людей, стоявших во главе государства» в числе «некоторых родственников из улуса Батыя и Сартаха», которые «пройдя через Дербентские ворота, пришли сюда» [Киракос Гандзакеци, 1976, с.227]. Далее армянский историк высказался о царевичах менее лестно: «…. Это были внуки Чингис-хана, и их называли сыновьями бога. Они расчистили и облегчили все ходы на пути, по которому прошли, ибо передвигались они на телегах. Много бедствий причиняли они всем странам своими податями и грабежом, нескончаемыми требованиями пищи и питья и довели все народы до порога смерти» [Киракос Гандзакеци, 1976, с.227].
В дальнейшем Балакан упомянут в качестве одного из военачальников в походе на Багдад: «Пошли на этот город и главные начальники улуса батыева: Гул, Балахай, Тутхар и Гатахан, ибо все они почитали Хулагу как хана, подчинялись ему и боялись его» [Киракос Гандзакеци, 1976, с.228]. Гибель царевича описана во время начавшейся междоусобицы между Хулагу и Берке [Киракос Гандзакеци, 1976, с.236].
Схожую картину демонстрирует Григор Акнерци: «… в 706 г. пришли с востока…. Семь ханских сыновей, каждый с туманом всадников, а туман значит 10 000. Вот имена их: первый и старший из них Гулаву, брат Мангу-хана, второй, Хули, который не стыдился называть себя братом Бога; третий, Балаха…» [История монголов инока Магакии, 1871, с.24]. Однако в дальнейшем армянский историк отмечает сепаратизм царевича к Хулагу: «После того уже аргучи (судьи – прим) через великих послов пригласили ханских сыновей – Балаху, Бора-хана, Такудара, Мигана, сына Хулиева. Когда все собрались аргучи сообщили им повеление Мангу-хана. Как только ханские сыновья узнали о том, что Гулаву намерен возсесть на ханский престол, то четверо из них пришли в ярость и не захотели повиноваться Гулаву. Такудар и Бора-хан подчинились, а Балаха, Тутар, Гатаган и Миган не согласились признать его ханом. Когда аргучи Мангу-хана убедились в том, что эти четверо не тольуо не желают повиноваться, но еще намерены сопротивляться Гулаву, то приказали: подвергнуть их ясаку, т.е. задушить тетивой лука: по их обыкновению, только этим способом можно было предавать смерти лиц ханского происхождения» [История монголов инока Магакии, 1871, с.31-32]/
Вероятно царевич упомянут также в «Истории Шайх Увайса»: «Между ильханом и Берке-ханом проявилась вражда из-за Кули, Татара и Кулгана» [История Казахстана в персидских источниках. Том IV, 2006, с.197]. Здесь неизвестный автор, скорее всего, придерживается версии событий, описанной Рашид ад-Дином.
У Балакана имелось также трое сыновей: Тури, Тукан и Токдай [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74].

Переводы

Товарищи-коллеги. А в состоянии кто-нибудь перевести на русский следующий текст?
Ну или может быть кто-нибудь знает кого-нибудь, кто сможет))

Династия Шибанидов. Кадак б. Шибан

Кадак – третий сын Шибана [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74; Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.34, 347; Абулгази, 1906, с.160; Муизз ал-ансаб, 2006, с.43]. В «Бахр ал-асрар» Кадак упомянут с титулом «оглан» [Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.350].
По-видимому, царевич упомянут только в генеалогических списках. Рашид-ад-Дин сообщает также о Кадаке, седьмом сыне Чагатая [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.100]. Отметим и наличие при Гуюк-хане (1246-1248 гг.) христианина Кадака, бывшего при каане атабеком [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.120]. В «Истории Шайх Увейса» также фигурирует эмир Кадак, бывший в подчинении при Ильбасмыше, сыне Токты, и желавший посадить последнего на престол в «Дашт-и Кипчаке» [История Казахстана в персидских источниках, том IV, 2006, с.199]. Эти события отнесены к началу XIV в., а явно прослеживаемое нечингизидское происхождение эмира намекает, что к искомому династу все это не имеет никакого отношения.
Также в источниках фигурирует единственный сын Кадака – Тула-Бука [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74; Материалы по истории казахских ханств, 1969, с. 37, 350; Муизз ал-ансаб, 2006, с.43].

Династия Шибанидов. Бахадур б. Шибан

В источниках Бахадур упомянут как 2-й сын Шибана [Рашид-ад-Дин, 1960, том II, с.74; Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.34, 347; Абулгази, 1906, с.160; Муизз ал-ансаб, 2006, с.42]. В «Тарих-и Кипчаки» (сочинение 20-х гг. XVIII в.) и более раннем «Михман-наме-и Бухара» (1509 г.) упоминается царевич «Банйиал-Бахадур», что может быть слиянием имен двух первых сыновей Шибана [Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.390; Фазлаллах ибн Рузбихан Исфахани, 1976, с.61]. Бахадур также упомянут у «Продолжателя» Утемиша-хаджи как третий сын Шибана [Миргалеев, 2014, с.65; Утемиш-хаджи, 2017, с.83]. В сочинении Хафиз-и Таныша Бухари «Шараф-нама йи-шахи» (конец XVI в.) царевич упоминается как единственный сын – «бесценный жемчуг на пути смелости, на стезе храбрости» [Шараф-нама йи-шахи, часть 1, 1983, с.75-76]. Вероятно, именно этими качествами и обусловлено происхождение имени царевича.
Единственную подробную информацию о царевичей сообщает Махмуд бен Вали: «Что касается Бахадура, сына Шайбан-хана, который был вторым из двух светил на небосводе величия, то, когда его знаменитый отец переселился из бренного мира в область вечности, он вместо отца стал главенствовать над элем и улусом. Повелев собраться близким родственникам, племенам и четырем каучинам, он выбрал для зимовок и летовок Ак-Орду, которая известна также как Йуз-Орда» [Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.347].
Из текста неясно, каким именно улусом владел Бахадур, учитывая данные источников о большой территориальной разбросанности владений Шибана, и что именно подразумевал автор под «улусом». Под «каучинами» вероятно, имеются в виду военные единицы.
Термины «Ак-Орда» и «Йуз-Орда» является крайне дискуссионными в современной исследовательской литературе. Мнение В.П. Юдина об этих терминах можно посмотреть здесь [Материалы по истории казахских ханств, 1969, с.550-551, прим. 80, 81]. С большой долей уверенности можно предположить, что автор имел в виду если не конкретные государственные образования, то как минимум обширные территории, пригодные для длительного кочевания.
Несколько проясняет сообщение «Бахр ал-асрар» Абулгази. Он указывает, что при Менгу-Тимур-хане, который «действовал согласно распоряжениям Бату-хана, а потому владение в Белой Орде он отдал Багадур-хану, сыну Шибан-ханову; области Кафу и Крым отдал Уран-Тимуру» [Абулгази, 1906, с.152]. Таким образом, перераспределение улусов у Абулгази выступает как инициатива золотоордынского хана, которому подчиняются также и шибанидские династы, а не как самостоятельное решение Бахадура. О том, что «Белая Орда» Абулгази выступает как «страна», демонстрирует следующее сообщение: «Замечаем, что резиденция Джучи-хана была в Дешт-Кипчаке, в стране, которая называется Синяя Орда» [Абулгази, 1906, с.151]. Подробнее о «странах» Белая и Синяя Орда можно почитать в статье «Сведения об Ак-Орде и Кок-Орде в свете устной исторической традиции» [Парунин, 2015, с.51-61]. В генеалогическом перечне Бахадур также упоминается как занявший место отца [Абулгази, 1906, с.160].
Учитывая трудности географической локализации Белой Орды, а также наличия вполне разумных сомнений существования такого государства в реальности (поскольку сообщения о нем восходят к известиям легендарного характера), установить где именно располагался улус Бахадура в настоящее время не представляется возможным.